Расслабься и читай...
Знахарка
они с Треллом
или непосредственно с Ре-Виджаром? И что за личности, занимающиеся
таможней, имеющие дела с начальником порта Ксенаксисом, не говоря уже о
доступе к базе данных и передающим компьютерам? Кому из небольшого числа
сотрудников аванпоста можно доверить столь важные открытия? Кто возьмется
не только оформить всю информацию, возможно, против желания
враждебно-настроенных чиновников, но и передать эти сведения неподкупным в
Центре Содружества, где они мгновенно разойдутся так широко, что ни Трелл,
ни кто другой не смогут их скрыть?
С этим вопросом он пришел к Септемберу. Гигант сидел на замерзшем
берегу, его белые волосы сливались с общим фоном моря и суши. Он сидел, не
двигаясь, просто глядел на припорошенные снегом выступы, идущие по стенам
каньона. Видеть его погруженным в размышления, было необычно.
- Все еще на подходе. - Это присловье транов давно вошло в
расширяющийся запас межпланетных поговорок.
- Ммм? А, привет, дружище ("Он какой-то странно тихий", - подумал
Этан, когда Септембер снова уставился на лед). - Уже нет.
- О чем тогда вы думаете?
- О моем брате. По крайней мере о человеке, который когда-то был моим
братом.
- Вы сказали: "Однажды у меня был брат". Я не понял, что вы имели в
виду, говоря "однажды".
Губы Септембера дрогнули в улыбке. Он наблюдал за играми мохнатых
существ размером с жука. Они исполняли что-то вроде балета на льду, изящно
скользя там, где берег переходил в замерзшую реку.
- Полагаю, что формально мы все еще остаемся братьями. Раз уж имели
одних родителей, полагаю, от этого никуда не деться. Но не видел его уже
лет двадцать или двадцать пять. Я с тек пор сильно вырос. Иногда думаю, а
вырос ли он, и сомневаюсь.
- Если вы не виделись с ним, откуда же вам знать, вырос он, как вы
говорите, или нет.
- Не понимаете, Этан. Соубилл родился негодником. - Шли долгие минуты
молчания. Септембер поднял глаза от жуков к мчащимся наверху облакам. -
Слишком рано ввязался в гнилое дело. И это было началом дальнейшего.
- В какое дело?
Септембер почти никогда не говорил о себе, а если говорил, то
шуточки. Застать его в таком разговорчивом настроении, да еще когда он
вспоминал прошлое, было настолько необычно, что Этан забыл, зачем он его
разыскивал.
- Он слишком глубоко нырнул в пучину, короче говоря, он научился быть
эмоманом.
Этан знал о существовании мужчин, женщин и транссексуалов, которые
предавали эмоции. Их деятельность была вне закона, но то, что они
продавали, лучше было бы оставлять в самой далекой и темной палате
психушки. Закон Содружества, гарантирующий свободу личности, защищал их от
репрессий, хотя не мог предотвратить уби
2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21
22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41
42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54