Расслабься и читай...
Барышня и дурак
ть враждующих соседей или чтобы отучить кого-то от привычки жить за счет грабительских набегов. Там, где он проходил, прекращались раздоры, смирными становились воинственные цари, гибли угрожавшие людям чудовища. Он хотел объединить всю Грецию. То, что сделал с Аттикой Тезей, - лишь развитие мыслей и идей Геракла. Тезей был хорошим учеником. Нужно было идти дальше. И я знаю точно: они собирались идти дальше, Геракл и Тезей, и за ними шли многие. К ним собирались примкнуть Фивы, кентавры, дорийцы. Она горько усмехнулась. - Но были еще и золотообильные Микены - там тоже намеревались объединить Грецию, разумеется под властью Микен, и, уж конечно, не для того, чтобы законами ограничить власть царей. Геракл был опасен - и тогда он погиб. Предатели попадаются среди любого народа. На этот раз им оказался кентавр Несс.
- Ты хочешь сказать, что по замыслу микенцев... - У Майона перехватило дыхание.
- Да. Я только не знаю кто - Агамемнон или многомудрый Нестор. Скорее всего, оба вместе. Через жену Геракла Несс подсунул отравленную тунику, и Геракл умер. Потом истребили кентавров, свалив вину на Геракла, который не мог уже ничего опровергнуть. И похитили у Геракла смоченные в крови Лернейской гидры стрелы - страшное оружие, без которого не удалось бы взять Трою. И натравили на Фивы Спарту. И все пошло прахом. Тезей вдруг остался без друзей и союзников, без Геракла. Да, еще сочинили романтическую историю о том, как умирающий Геракл завещал стрелы "постороннему" юнцу с ясными глазами, случайному прохожему Филоктету. Хотя этот Филоктет несколько лет числился в спутниках странствий Геракла шпионил для Нестора. Геракла не стало, стрелы похищены, Тезей бессилен. И началась новая грязная интрига - подготовка к Троянской войне.
- Мне важно знать и это, - сказал Майон.
- А вот меня это не интересует, - сказала Делия. - Это другая история, до которой мне нет никакого дела, потому что Геракл был мертв, когда разбойничья шайка, именуемая войском ахейцев, отплыла в Трою из Арголидского залива.
Майон молчал. Слишком многое рушилось. То, чему он привык верить с детства, почти все приходилось осмысливать по-иному, и мир, каким он был для Майона прежде, уходил невозвратно. Ему было больно, но он не жалел, что это случилось именно с ним.
- Каждый знает лишь часть истины и не желает сложить эти части в целое.
- Вот именно, - сказала Делия. - Меня интересует лишь Геракл. К сожалению, Архилох не сделал так, как мне хотелось бы.
- Ты его знала?
- Разумеется, - сказала Делия, и в ее голосе прозвучала неизвестно к чему относящаяся злоба. - Упрямейший фанатик истины, заменившей ему всех богов. Ведь ты не такой же, правда?
- Боюсь, что я дольше, чем нужно, не мог понять, какой я, - медленно сказал Майон, словно осваивая недавно выученный язык. - Что делать, мы сплошь и рядом растем на ощупь, как зерно в земле. Но теперь знаю твердо: если Архилох видел смысл и цель
2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21
22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41
42 43 44 45 46 47 48 49 50 51