Расслабься и читай...
Конан идет по следу
нать о некоторых подробностях нашего тогдашнего бытия?
- Возможно, затем, чтобы мы не повторили ваших ошибок.
- А если мы надеемся, что вы и без того достаточно умны и осмотрительны?
Как-то незаметно улетучились недавняя откровенность и доверие, начиналась игра словами, искусный поединок, интересный и занимательный в другое время, но не приближавший Майона к истине.
- Заманчиво думать, что перед нами всего лишь цепочка случайностей... проговорил Тезей. - Что Агамемнону в жены случайно досталась коварная шлюха, что все убийства и всю грязь следует рассматривать лишь как кусочки, не соединяющиеся в целое. А это как раз целое. Война отравила души, не принесла никому счастья. Погиб Агамемнон, затерялся где-то в океане Одиссей, и никто ничего не приобрел, а вот потеряли что-то все до единого, даже те, кого не было на берегах Скамандра.
Он замолчал, и ясно было, что ничего он больше не скажет. "Что же потерял он? - подумал Майон. - Что?"
- Разреши мне уйти, царь, - сказал он.
- Да, как хочешь. Подожди. - Тезей колебался, пожалуй. - Какого ты мнения о Несторе?
Майон пожал плечами:
- Скучноватый старик. Я уважаю его за прошлое, но, видимо, все его заслуги лишь прошлому и принадлежат.
- Слышал бы это Нестор. Он ведь внимательно изучал тебя, пока ты вполуха слушал его нарочито занудную болтовню. Майон, что ты ищешь в жизни и чего ты от жизни хочешь?
Вопрос был неожиданным и застал врасплох. Видимо, понимая это, Тезей терпеливо ждал.
- Наверное, я не смогу ответить, - сказал Майон. - Просто не знаю. Одно время я думал, что живу лишь для того, чтобы волны, и ветер, и море, и слова становились стихами. Но теперь кажется - нужно что-то еще. Почему ты спрашиваешь?
- Гадаю, чего ждать от вас и на что вы окажетесь способны, новое поколение. Люди слишком молоды, Майон, человечество сотворено Прометеем совсем недавно. Многое мы нащупываем, словно бродя в тумане. Наша жизнь, как и мы сами, напоминает глиняную амфору, уже вылепленную, но еще не обожженную в печи и не покрытую красками. Человечество еще не вышло из детства, мы создаем мир, а он создает нас. А я, как ни крути, все же был одним из гончаров. Наверняка я сделал много ошибок. Но и добился кое-чего. И теперь вглядываюсь в лица тех, кто приходит нам на смену: на что вы способны, чего от вас ожидать?
- Знаешь, это похоже...
- Ну, договаривай, не бойся. На завещание, верно? Кто знает, как все обстоит. Ну, иди.
Лишь на лестнице Майон сообразил, что никак не может уразуметь, для чего, собственно, Тезей его позвал. И почему говорил так, словно собрался покинуть мир в ближайшие дни.
Он спускался по лестнице, а там, где лестница кончалась и переходила в широкую мощеную дорожку, стоял Гилл, прямой, как лезвие кинжала.
- О чем вы говорили? - спросил он резко.
- О Елене, о Трое, о разных вещах,
2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21
22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41
42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52