Расслабься и читай...
Конан идет по следу
и бы это стало известно, карьера сенатора закончилась
бы.
- И тогда ты...
- Именно. Но я об этом, естественно, ничего не знала. Сенатор узнал о
моем существовании, когда начал раскапывать архивы программы "Оборотень".
Увидев меня, он был поражен моим сходством с его дочерью. Конечно, я тогда
находилась в анабиозе уже много лет. Выяснилось, что у нас с тобой; Эндрю,
скверные характеры. Мы оказались совсем не такими, как они предполагали.
- Да, - согласился он, - я знаю. И теперь этому даже рад. Так ты все
это время знала...
- Я узнала только недавно, - сказала она. - Видишь ли, сенатор держал
Космослужбу в кулаке, а те делали все, чтобы сохранить в тайне историю с
оборотнями. Поэтому, когда он пришел к ним вне себя от горя после смерти
дочери, считая себя конченым человеком, ему отдали меня. Я считала себя
его дочерью. Любила его, как отца. Конечно, перед этим меня подвергли
всяким там гипнозам и обработкам, чтобы внушить мне, что я его дочь.
- Наверняка ему пришлось пустить в ход все свои связи, чтобы замять
историю со смертью родной дочери и подменить ее тобой...
- Другому это не удалось бы, - с гордостью произнесла она. - Сенатор
замечательный человек и чудесный отец, но в политике у него железная
хватка.
- Ты любила его?
- Да, Эндрю, - кивнула она. - Во многих отношениях он для меня все
еще отец. Даже представить невозможно, чего ему стоило сказать мне правду.
- А тебе? - спросил он. - Тебе это тоже кое-чего стоило.
- Разве ты не видишь, - сказала она, - что я не могла остаться. Я не
могла остаться, зная правду. Как и тебя, меня ждала жизнь уродца,
отщепенца, обреченного жить вечно. А что осталось бы у меня, когда умрет
сенатор?
Блейк понимающе кивнул, думая о том, как те двое людей, два человека,
принимали это решение.
- И потом, - добавила она, - мое место с тобой. Мне кажется, я поняла
это сразу, когда ты, весь промокший и продрогший, забрел в тот старинный
каменный дом.
- Но сенатор сказал мне...
- Что я не хочу тебя видеть, что я не хочу с тобой разговаривать.
- Но почему? - спросил он недоуменно. - Почему?
- У тебя пытались отбить охоту остаться, - объяснила она. - Было
опасение, что ты не захочешь расстаться с Землей и откажешься лететь. Тебе
старались внушить, что с Землей тебя ничего не связывает. И сенатор, и
разум Теодора Робертса, и все остальные. Потому что мы должны были лететь.
Мы с тобой посланцы Земли, дар, который Земля посылает Вселенной. Если
населяющему Вселенную разуму, мыслящей жизни суждено когда-либо постичь
то, что происходит, уже произошло, произойдет в будущем и какой во всем
этом смысл, то мы с тобой можем помочь в этом.
- Так, значит, Земля все же наш
2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21
22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41
42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52